Не спорю, что любой правообладатель сильно злобствует от факта кражи и незаконной перепубликации его произведений. (Даже я порой злобствую, когда мои статьи о личных финансах оказываются без спроса переопубликованы где-то ещё даже без ссылки на меня.) Но что делать? Подавать в суд на провайдеров, помогающим пиратам размещать материалы? Подавать в суд на пиратов? Призывать к совести читателей? Просить читателей отослать SMS на номер 12345, чтобы они узнали, что такое созвездие Персея?

Обратимся к опыту западных (для вас, для нас – северо-восточных) властителей дум: они спокойно продают свои книги в электронном виде через Amazon.com (30% продаж книг сейчас там осуществляется в электронном виде) – зачастую в виде электронной книги для устройства Kindle. Apple не так давно вложилась в аналогичную инициативу iBooks. Barnes and Noble … впрочем, они не стоят упоминания. Мобильные операторы уже навострили лыжи счёты биллинговые системы, чтобы учитывать продажи, проходящие через их сети. Во всех этих примерах есть один и тот же смысл:

• авторы не против того, что их произведения пылятся не на полке, а в памяти бездушного книгоподобного электронного устройства;
• потребители не против того, что они получают книгу в почти таком же удобном виде, как и купленную в магазине;
• издательским домам не надо тратиться на печать и логистику;
• мобильным операторам приятно, т.к. доставка книг осуществляется через их сети, и количество подключённых устройств растёт несмотря на достижение пика голосовых подключений.

Было бы ошибкой думать, что я предлагаю использовать американскую модель для Восточной Европы. Моё предложение авторам и контент-агрегаторам проще и элегантнее:

• авторы предоставляют контент-агрегаторам свои произведения в электронном виде;
• контент-агрегаторы форматируют произведения авторов в удобоваримом виде для чтения с экрана мобильного устройства. Также агрегаторы закрывают доступ к этим книгам с немобильных устройств и мобильных устройств, подключённых не по GPRS/EDGE/3G;
• читатели не скачивают книги, а вместо этого читают их онлайн, платя за трафик данных по установленным тарифам. Доступ к книгам неограниченный и определяется только размером библиотеки контент-провайдера;
• оператор получает деньги от читателей за использование услуги мобильных данных и делится ими с контент-агрегаторами.

Все довольны и счастливы, а пираты грызут ногти от зависти.

Предыдущие выпуски: 23 – Соревнование в обработке публичных данных, 22 – Новая эпоха заработка в интернете – мобильные приложения, 21 – Облако в каждый дом, 20 – Высокоскоростной интернет в каждый дом.

Twitter-ом и Facebook-ом сейчас никого не удивить. Определением местоположения мобильного абонента – тоже. И приложениями для мобильников тоже. Все эти ингредиенты давным-давно можно купить в любом супермаркете. Или найти специалистов на рынке труда за очень вменяемые деньги.

Также мало кого можно удивить идеей о том, что пользователю какого-то сервиса показывается информация или реклама в зависимости от его местоположения. Но есть одна придумка из начала 2000-х гг под названием UGC (User-Generated Content), которая снова стала популярна с проникновением приложений для мобильников в нашу жизнь. Теперь у любого человека в кармане есть устройство для мгновенной публикации какого-то статуса. Речь, разумеется, не идёт про статусы, с которых начинался Твиттер (“Вы не поверите, я только что сожрал бутерброд!”). Статус, про который идёт речь, содержит в себе один или несколько хэш-тегов (например, #accident), географические координаты (например, -33.852449, 151.210517) и какой-то текст. Вот примеры:

• Вы увидели на тротуаре тележку из супермаркета. Три клика – и супермаркет отсылает машину, чтобы забрать тележку.
• Вы увидели полицейского, притаившегося в кустах. Три клика – и водители проезжающих машин предусмотрительно сбавляют скорость.
• (Давайте помечтаем про M2M беспроводные устройства) Ваша машина проколола колесо и сразу вызвала ближайшую машину службы помощи. (Я никогда не меняю проколотое колесо самостоятельно несмотря на наличие инструмента в багажнике.)

Традиционно такие статусы являлись “собственностью” проприетарных сервисов типа Trapster. То, про что говорю я, – это противоположность “закрытости” информации. Статус публикуется на всеобщее обозрение и анализируется сотнями приложений, каждое из которых либо его игнорируют (например, источник сигнала слишком далеко или если нельзя его обработать: вы продаёте пиццу, а у кого-то поломалась машина), либо активно на него реагируют.

Так что если раньше основную ценность представляли данные, а сервис по их обработке был в общем случае второстепенным, то теперь получается всё наоборот:

• данные принадлежат всем
• данные, которые не обработаны одним приложением, будут обработаны другим приложением; потенциально – более “продвинутым”
• создаваемая ценность – это качественная обработка данных из разных источников, сильно или слабо коррелирующих друг с другом. А вот это уже стоит денег.

Подобный подход будет использоваться не только общением человека с машиной, но и машины с машиной – и за всё это спасибо Твиттеру или аналогичной системе централизованного сбора и распределения данных.

Какое приложение вы бы написали первым?

Предыдущие выпуски: 22 – Новая эпоха заработка в интернете – мобильные приложения, 21 – Облако в каждый дом, 20 – Высокоскоростной интернет в каждый дом, 19 – Учёт внутрикорпоративных бесплатностей.

Отвечаем на поставленные вопросы.

“Электроэнергия и коммунальные услуги (в зависимости от энергопотребления в определённом районе включаются или выключаются близлежащие генераторы).” – а по мне это чистой воды автоматизация логистики и не имеет отношения к М2М.

И да, и нет. В рамках имеющейся инфраструктуры – да. В рамках пропагандируемой (“умные счётчики“) – не совсем. Вся концепция кажется слегка искуственной на первый взгляд (но не более искуственной, чем тот же Твиттер 3 года назад): счётчики объединяются в сеть, которая “разговаривает” с хабом, который “разговаривает” уже с поставщиком энергии. Плюса тут четыре:

1. Т.к. механизм общения двусторонний, поставщик энергии может подать сигнал на счётчик для уменьшения нагрузки на сеть, что повлечёт к отключению определённых устройств (с их собственным профилем энергопотребления) или переводу их в энергосберегающий режим. Прямая связь с “умным домом”.
2. Не все электросчётчики/сети будут подключены к интернету, и поэтому беспроводное соединение будет отличной альтернативой электрику, раз в месяц ходящему от щитка к щитку и записывающему показания.
3. Там, где есть интернет, может требоваться резервный канал, “спящий” в обычном режиме, но активизирующийся в случае нарушения основного соединения.
4. Если хотя бы один из участников сети вырабатывает (хотя бы частично) свою электроэнергию, через “умный счётчик” он может подавать её обратно в сеть и распределять по соседям (и получать 6-8 центов за киловатт по австралийским ценам).

Существует ПО, собирающее все эти счетчики в единую информационную систему. Правда используется оно в основном для учета, а не балансировки, так как балансировка “в реальном времени” пока практически не нужна.

Она может быть нужна жителям домов и квартир, стремящихся сэкономить на электроэнергии. Для СНГ это не очень применимо, но в странах, где можно покупать энергию у производителей напрямую, минуя перепродавцов (например, в Австралии) приобретение энергии у наиболее выгодного провайдера в данный конкретный момент – это существенная экономия в долгосрочной перспективе.

Какие операторы имеются в виду, сотовые?

Мобильные операторы и/или созданные на их основе MVNO/MVNE.

Условно все это можно разделить на две части “умный дом” и “логистика”. Даже в такой не самой передовой стране, как Беларусь, я знаю множество фирм, успешно занимающихся этими вещами.

Я и не утверждал, что это принципиально новая тема. Принципиально нового тут лишь следующее:

• На рынке есть один дополнительный партнёр (мобильные операторы), заинтересованный во включении в цепочку создаваемой ценности (value chain), и который обладает существенными ресурсами для продвижения услуг своим абонентам.
• Беспроводной канал передачи данных не требует привязки устройств к определённой географической зоне, как этого требуют WiFi/Bluetooth/ZigBee, а также стоимость новых устройств не сильно будет отличаться от стоимости старых (2G чип: $20, Bluetooth чип: $1), что делает их доступными и расширяет сферу применения.

Ну и, разумеется, общепринято выделять швесть сфер применения, а не две, о чём я написал раньше.

Интересно узнать больше о роли сервис-провайдера M2M, и как ему лучше дружить с оператором.

Ключевую роль играет всё же провайдер платформы, в которую “включаются” сервис-провайдеры. Он должен обеспечивать конверсию протоколов, контроль качества, передачу событий между отправителем и получателем, взаиморасчёты с оператором, выдача кредитов партнёрам, если у них есть в этом необходимость; безопасность коммуникаций и т.п.

Провайдер платформы является промежуточным звеном между оператором и сервис-провайдером. Оператору явная выгода – работа с квалифицированным партнёром, а не с кучей сервис-провайдеров-энтузиастов с однотипными вопросами. Чем больше функций берёт на себя платформа – тем выше шанс того, что оператор выберет именно её. (Плюс, разумеется, оператора тоже надо образовывать.)

Аналогичная выгода и для сервис-провайдеров: разработчик платформы предоставляет им свои API и ресурсы, а сервис-провайдеры либо разрабатывают собственные решения, либо адаптируют чужие решения под платформу.

Продолжение следует.

Часть 1.

Не могу удержаться: влюблён в идею M2M (Machine to Machine – взаимодействия разнообразных устройств, где одно генерирует события, а второе интерпретирует их). Но не просто влюблён, а нахожусь в ситуации, когда однозначно можно сказать, что идея домашних кофеварок, разговаривающие с вами по интернету, пока вы изменяете им в Старбаксе, скоро таки станет реальностью, да ещё какой. И поэтому рекомендую срочно начать интересоваться этой темой, чтобы успеть к моменту, когда через 3-5 лет начнётся массовая скупка компаний, построивших хоть какой-то бизнес в области M2M. Но обо всём по порядку.

M2M, если вкратце, это тип взаимодействия, включающий устройство (сенсор, счётчик и т.п.), генерирующее или наблюдающее события (движение, уровень температуры, количество банок Кока-Колы на складе) и передающее их приложению (т.е. компьютерной программе), преобразующему данные события в информацию, побуждающую к действию (включить сигнализацию, заказать новую партию Кока-Колы и т.п.). Существует 6 основных категорий приложений M2M:

• Телематика/отслеживание движения транспорта (где находятся ваши грузовики и как долго они находятся в пути). Только сегодня читал про приложение, позволяющее отслеживать перемещение и состояние пациентов в болезнью Альцгеймера, чтобы дать им возможность пожить самостоятельной жизнью как можно дольше.
• Электронное здравоохранение (сенсор прикреплён к вашему телу или счётчик находится в вашей коробке с лекарствами).
• Электроэнергия и коммунальные услуги (в зависимости от энергопотребления в определённом районе включаются или выключаются близлежащие генераторы).
• Охрана и наблюдение (идентификация взлома, проникновения).
• Управление производством (передача информации с узлов агрегатов в центральный модуль)
• Бытовые (ваша любимая кофеварка, вызывающая мастера на дом; автоматическое включение отопления дома, если ваша машина въехала в гараж, дистанционный запуск двигателя машины и принудительное его отключение при появлении опасной концентрации угарного газа в гараже).

Почему сейчас – идеальное время для создания M2M компании?

• Операторы построили сети, но выручка с абонента растёт не так, как хотелось бы, а то и падает. Решение? Привлечение новых абонентов. Откуда их взять? Можно либо потратить кучу денег на переманивание абонентов других операторов, либо привлекать абонентов с другим профилем (использующих только приём и передачу данных).
• Для оператора M2M абоненты (подкатегория беспроводного ШПД) – отличное подспорье: чрезвычайно низкая текучка и стабильный источник дохода (малого, но в модели “подключил и забыл” – вполне сносного) – это мечта.
• Для сервис-провайдера M2M – это идеальный продукт, т.к. его хотят операторы (и они даже готовы спонсировать его продвижение среди своей абонентской базы), т.е. цикл продажи будет короче, чем обычно.

Продолжение (часть 2).

ЗЫ: не забываем читать статьи о бизнесе.

Я редко рассказываю про рабочие дела, т.к. многие моменты моей деятельности являются конфиденциальными, т.к. могут раскрыть планы моих клиентов (а уж коммерческая разведка конкурентов, к сожалению, не спит). Но кое-какую информацию, которую в индустрии уже отлично знают, могу и поведать.

Мне очень интересна тема мобильных данных – передачи и использования, а также трендов развития и роста. Настолько интересна, что я уже некоторое время в одном из австралийских операторов связи отвечаю за прибыльность линейки ряда продуктов данных (кроме мобильного ШПД) размером в сотни миллионов долларов ежегодно. (Опыт управления парой сотен миллионов уже есть, так что надо расти ) И я заметил (и эксплуатирую это) интересный полунаркотический эффект, связанный с социальными сетями. Но сначала – немного базовой теории.

Передача мобильных данных – это последняя надежда мобильных операторов снова начать получать сверхприбыли (потому что рынок голосовых услуг уже коммодитизировался). Норма прибыли у данных ощутимо выше, чем у голоса, поэтому если уж выручка от продажи голосовых услуг будет падать, можно заменить их услугами передачи данных. Особенно когда вырисовываются три тренда:

1. Смартфоны дешевеют, и 80% проданных телефонов сейчас – смартфоны (по крайней мере, у нас)
2. Народ смотрит всё больше видео и продолжает делать это на мобильниках (YouTube – явный победитель)
3. Facebook и прочие популярные социальные сети выпускают свои приложения для мобильников плюс мобильные версии сайтов, и люди получают convergent experience (некоторые вещи тяжко переводить на русский – что-то типа схожего опыта использования сервиса на разных устройствах).

Операторы стоят перед дилеммой: с одной стороны, надо побуждать абонентов пользоваться большим количеством данных, а с другой – если все начнут лазать на YouTube – любая мобильная сеть просто ляжет. И хочется – и колется. Но есть ещё один забавный феномен, который я называю Facebook Feedback Loop: Facebook является одним из ключевых факторов роста: всё больше и больше австралийцев используют эту социальную сеть с мобильных устройств (причин несколько, но вот три ключевые: хочется быть всегда на связи, чтобы убить время, и когда работодатель закрывает доступ к Facebook с рабочих компьютеров). Что делают операторы? Они рекламируют Facebook своим абонентам! Получается система с обратной связью: оператор рекламирует – абоненты пользуются – абоненты тратят больше денег на мобильные данные – оператор рекламирует ещё больше.

К чему я?

1. Если ваш сервис более-менее популярный – разговаривайте с операторами, т.к. они могут вам помочь развиться. Бесплатно для вас.
2. Я думаю, что знаю основных игроков на нашем поле, но если вы разработали успешное приложение или сервис, который может увеличить трафик оператора, и можете предоставить 2 customer references – обращайтесь Хочу довести выручку до $1 миллиарда в год.

Статьи о бизнесе.

Вам приходилось договариваться о стоимости контракта или зарплате? Вы меня поймёте, что это не всегда приятное занятие, особенно когда присутствует ассиметричная информация (т.е. когда одна сторона обладает информацией, которой не обладает другая). В переговорах такая информация – это в первую очередь reserve amount (резервная сумма, не путать с резервным фондом) – во сколько каждая из сторон оценивает стоимость договора.

Почему это важно? Каждая из сторон боится продешевить или переплатить. Контракт многими неопытными спорщиками считается zero-sum game (ситуацией, когда если одна сторона выигрывает, другая обязательно проигрывает), и поэтому у людей есть панический страх оказаться в дураках. Также есть высокий шанс потерять даже абстрактную возможность договориться, если озвучить свой ценник слишком рано.

Так ли часто это бывает? Необязательно, что часто, но когда бывает – портится настроение. Поиск работы, понятное дело, связан с неприятными эмоциями, особенно когда ситуация на рынке труда неважная. Или вы придумали и разработали продукт, но совершенно не представляете себе, какую цену за него запросить. (Это, кстати, вполне обычная ситуация для новых продуктов.)

Что делать? Использовать механизм скрытого аукциона. Допустим, вы устраиваетесь на работу, и работодатель спрашивает вас напрямую, сколько денег вы хотите. Вы не знаете точно, что интервью показало работодателю, плюс вы не знаете, ещё сколько кандидатур потенциальный работодатель проинтервьюировал и имел подобный разговор до вас (т.е. у вас есть конкуренция). Ассимметричная информация в действии

Вы можете обратиться к третьей (независимой) стороне, которая:

• попросит вас и потенциального работодателя указать рамки стоимости рабочего договора. Например, вы хотите от 50 000 до 60 000 рублей в месяц. Работодатель согласен платить от 45 000 до 51 000 рублей. Эти рамки пишутся на листке бумаги и предоставляются третьей стороне в запечатанном конверте. Данная сумма в идеале является окончательной, т.е. стороны не могут вернуться к столу переговоров в случае несоответствия ожиданий.
• третья сторона вскрывает конверты, производит некие калькуляции и озвучивает устраивающую всех сумму. Вот принцип (будем считать отрезок A1-A2 резервным диапазоном работодателя, а Б1-Б2 – резервным диапазоном кандидата):
  • Если отрезки A1-A2 и Б2-Б2 пересекаются, берётся точка посередине области пересечения и называется суммой договора.
  • Если отрезки граничат (т.е. имеют лишь одну общую точку: А1=Б2 или А2=Б1), берётся общая точка.
  • Если отрезки не пересекаются, возникает несколько альтернатив:
    • можно упростить условия задачи и передоговориться;
    • можно договориться на работу на неполную ставку (или уменьшить объём работ или сделать скидку на продукт на первый год);
    • если контрагент, платящий деньги, предлагает больше, чем просит исполнитель, либо исполнитель получает больше, чем планировал, либо деньги делятся пополам между заказчиком и исполнителем, либо разница переходит в карман третьей стороны ;
    • можно отказаться от сотрудничества (наименее предпочтительный вариант).

(Что-то впомнил теорию игр, которую учил 10 лет назад. Оказывается, это был чертовски ценный предмет.)

Вот вам ещё о бизнесе.

Представьте, что у вас есть задача: есть несколько продуктов, которыми вам нужно руководить и которые нужно бережно развивать. У вас есть годовой бюджет на развитие и планируемый доход (revenue targets), которого вам нужно достичь. Что вы будете делать в первую очередь?

В принципе, вариантов у вас вагон и маленькая тележка. Можно скооперироваться с маркетингом и с продажами и замутить какую-то суперклассную кампанию по продвижению продуктов. Можно построить армию поклонников ваших продуктов и натравливать её на конкурентов. Можно попытаться проэксплуатировать новомодные темы типа социальной ответственности или охраны природы и рассказать публике, как вы классно заботитесь об обществе и о будущем.

Но я бы рекомендовал включить прагматизм и разобраться, откуда идут доходы (revenues) – все источники, их размер, порядок расчётов, эффективность, прибыльность с единицы продукта, прибыльность с вспомогательных продуктов, частью которых являются ваши продукты и т.п. Вы будете удивлены: не так много продуктоводов хорошо разбираются в финансовой составляющей бизнеса, больше делая упор на маркетинг и продвижение. В результате, эти продуктоводы теряют представление полной картины происходящего – ради какой цели продукты вообще существуют? (Ответ, как вы могли догадаться, заключается в достижении целей по продажам.)

Вы можете обнаружить, что ваши продукты на самом деле зарабатывают компании больше денег, чем это кажется, т.к. некоторые доходы вместо того, чтобы быть отнесёнными на счёт ваших продуктов, могут быть отнесёнными на счета продуктов ваших коллег или, что ещё хуже, быть потраченными на комиссионные выплаты продавцам. Вы можете обнаружить, что продукт-флагман на самом деле теряет деньги, т.к. ему некорректно (или намеренно) начислялись доходы от других продуктов, которые, соответственно, стали выглядеть хуже. Или вы можете обнаружить, что вы достигли годовых целей в середине финансового года.

Если вы не разберётесь основательно с прибыльностью доходностью продуктов, за которые вы отвечаете, вы практически гарантированно совершите ошибку, направив существенную часть своего ограниченного бюджета на развитие не того продукта. Возможно, вы даже достигните запланированной доходности, но большими усилиями и посредством невольного придушения продукта, который мог бы расцвести, если бы вы обратили на него внимание.

Разумеется, серьёзным исключением являются случаи, когда неприбыльный продукт “тянет” на себя большую часть фиксированных издержек, либо когда продукт имеет стратегическую ценность для компании, которую невозможно описать в бизнес-плане. Но никогда не вредно посидеть пару недель над P&L и сводками с фронтов статистикой продаж, чтобы составить собственное мнение о продуктах, которые могут сделать вашу карьеру.

Ещё о бизнесе.