Фиджи. 11 июля 2009

Никто нас не будил, и поэтому мы честно вернули себе недостающие остатки сна. Дальше по расписанию: завтрак, бассейн и исследование водных развлечений. Марина со Святом взяли оборудование для сноркелинга и полчаса исследовали местную рыбную фауну, а потом, как заправские рыбаки, начали хвалиться размером увиденных (даже не пойманных!) рыб. Потом хотели покататься на банане, но что-то не сложилось, и поэтому мы со Святом решили покататься на водных лыжах. Марина сначала обрадовалась, а потом, наблюдая за тем, как нас учили приподниматься и держать спину ровно, привычно начала беспокоиться о том, выдержим ли мы данное развлечение. (Водные лыжи в своё прошли от меня стороной, поэтому первый раз в жизни вблизи я их увидел сегодня.)

Во-первых, мне всегда казалось, что на водных лыжах ты начинаешь кататься с берега. Оказалось, что надо зайти в воду по грудь, нацепить лыжи, умудриться не перевернуться в процессе, нащупать верёвку, не перевернуться в процессе, дождаться, когда катер начнёт разгоняться, после чего ощущаешь нагрузку на ноги, видишь струю океанической воды, летящей тебе в лицо, стараешься не захлебнуться, в голове проносится мысль «и долго ещё так будет?», как наконец-то отпускаешь верёвку и падаешь назад, если плыл правильно, или кубарем летишь вперёд, если не удержался и полностью встал на ноги. Первая попытка успехом не увенчалась, поэтому нас со Святом повезли кататься на другую сторону лагуны, где течение меньше. Впрочем, вторая, третья, и даже седьмая попытка были примерно аналогичны первой, но каждый раз я умудрялся плюхнуться в воду новым способом. Свят помирал со смеху, наблюдая за моим выражением лица, в котором застывал ужас каждый раз, когда лодка начинала двигаться, а я беспомощно пытался плыть сзади.

Мокрый, я залез в лодку, ободряя себя, что сейчас ребёнок за всё отплатит. На этот раз в воду полез Свят и, как я и предполагал, он не смог даже выровняться, а когда выровнялся – слетели лыжи. Надел лыжи – наполовину слетел спасательный жилет. Свят, сидя в лодке, приговаривал: «так я себя ещё не позорил». Мы наперебой стали ему объяснять, что позора никакого нет, и что не все вещи получаются с первого раза. Свят приободрился и поинтересовался, вернут ли нам деньги за наше катание на лыжах, если у нас ничего не получилось? Его уверили, что да, будет бесплатное катание на банане.

Но только завтра, т.к. времени было уже 12:30, а у нас были другие планы. Быстро пришли домой, приняли душ, переоделись и переместились по направлению к ожидающему нас обеду. Потом наши пути разделились: я пытался отдать Свята в детский клуб, где никого не оказалось, т.к. в 12:30 дети уехали смотреть фиджийскую деревню; Марину, натёртую кокосовым маслом и прочими экзотическими маслами, тем временем мяли тренированные фиджийки-массажистки. Несолоно хлебавши, мы со Святом пошли в номер, где он в очередной раз черпал вдохновение в комиксах The Simpsons, а я наблюдал за индусом-компьютерщиком, пытавшимся понять, почему у меня безвозвратно пропал интернет. Он так и не смог за 30 минут выяснить, в чём может быть дело, и поэтому я могу только пользоваться 3G интернетом на моём iPhone. Ну и ладно – я не работать приехал, а ломка по поводу отсутствия связи с внешним миром проходит через пару дней пребывания на курорте. И вообще, я чувствую себя совершенно расслабленным и почти отдохнувшим.

Немного отвлекусь. Я уже десятки раз говорил про однонедельные отпуски четыре раза в год. У них есть явные минусы (если куда-то ехать – то два дня убиваются на переезд; если оставаться дома – обязательно найдутся десятки домашних дел: год назад, например, я был вынужден заниматься переездом в новокупленную квартиру в условиях жёсткого управления проектами – надо было сделать ремонт и установить новое оборудование в 2-недельный срок. Не очень-то отдыхательный отпуск), но есть и один явный плюс, который перевешивает все минусы, вместе взятые: организм не успевает дойти до этапа срыва, когда начинается апатия, завтрашний день похож на сегодняшний, мозг перестаёт работать в боевом режиме и т.п. У меня за последние два с половиной года, как я практикую свою методику, таких срывов ни разу не было. Раньше? Раз в квартал-полгода.

Вскоре пришла пора идти на церемонию зажигания фонарей. Мы расположились в первом ряду и стали ждать. Около десятка рослых фиджийцев встали перед нами под деревянной конструкцией непонятного назначения, исполнили танцы, слегка попугали детей, от факела зажгли фонари и с чувством собственного достоинства удалились. И мы тоже удалились – но только на европейский ужин, от которого повеяло чем-то родным, сиднейским. Неужели уже хочется домой?

PS. Когда эти строки писались, я ещё не знал, что в понедельник по прибытию в Сидней мгновенно слягу с температурой: либо от того, что спал под кондиционером, либо потому, что в воскресенье смалодушничал и заварил чай кипячёной водой из-под крана.

Подписаться по Email

4 комментария to “Фиджи. 11 июля 2009”

  1. Макс! Вот уже который раз встречаю утверждение, что от кондиционера можно простудиться и получить высокую температуру.

    На чём оно основано? Для примера: 6 месяцев из 12 я провожу в кондиционировных помещениях 24 часа в сутки: на работе, в машине и дома — кондиционированный воздух 22-24 градуса Цельсия и влажность 30- 40%.

    Температуру можно получить при развитии воспаления в организме (например пищевом отравлении) при резком размножении болезнетворных бактерий или вирусов.

    Но как на это влияет кондицинер???

  2. в моём случае — очень просто: струя холодного воздуха 7 часов подряд била близко к тому месту кровати, где я спал. Переохлаждение — и кирдык.

  3. 7 часов спать на курорте! Не знаю как на Фиджи, а «у нас» в Турции я 2-3-4 часа в сутки сплю при обычной норме в 8. Хорошего мало, наверное, но больше там просто не хочется. Кое-кто из друзей, кто там ещё не был, мне не верили, но в этом году им просто пришлось поверить, когда я уже в 7 утра всех тащил окунуться в холодной средиземноморской водичке. 🙂 Кстати, повода для инсинуаций нет — из допингов употребляю только алкоголь.

  4. Точнее, предположения есть по поводу графина Сангрии, который мы в Мариной выпили в последний вечер: там могла быть сырая вода, которую плеснули местные напиткодеятели.